Рано повзрослевшие 

13 марта 2015 г. 18:00:00

Мы продолжаем публикацию рассказов очевидцев о жизни в оккупированном Зверево. Сегодня вашему вниманию представляем рассказ Екатерины Павловны Ереськиной (Ивановой).

Родом я из хутора Долотинка, а в Зверево проживаю с двух лет. Моё детство прошло на улице Западная. Наша семья была большая, шестеро детей, я старшая. После войны родились еще двое. Отец - Павел Кондратьевич - работал на железной дороге составителем поездов, мама - Наталья Петровна - домохозяйка.

БОГ УБЕРЕГ

Когда началась Великая Отечественная война, мне было десять лет, я окончила второй класс железнодорожной школы №25.

Моё детство осталось в прошлом, наступила тяжёлая взрослая жизнь. В ней была война, увиденная детскими глазёнками: голод и холод, страх и смерть. Земля нас прокормила. Жили огородом, а бывало, приходилось питаться травой. На свой страх и риск ходили в поле за колосками. И вот однажды я с мамой отправилась за пшеницей.

Вдруг услышали гул самолёта, посмотрели в небо, а он над нами, немецкий. Под самолётом я разглядела бомбу в виде груши и говорю маме: "Смотри, мама, какая груша!" А «груша» вдруг стала падать. Мама меня толкнула в сторону, я упала, и она - следом. Бомба разорвалась недалеко от нас, на самой меже. Бог нас уберег...

Еще приходилось собирать семена полевого растения, мы ему дали название "бабки". Его чёрные семена сначала пытались варить, но они оказались очень клейковистыми, тогда попробовали перемолоть их и испечь пышки. Последний вариант нас устроил. Не раз собирали с полей остатки капустных листьев, резали их и солили на зиму. У нас была корова и козы.

Чтобы прокормить детей, мама обменяла в совхозе козу на пшеницу. С радости мы наелись лепешек из этой пшеничной муки и все слегли со страшным отравлением. Как оказалось позже, эта пшеница была травленая. Мама нас выходила, отпаивая молоком.

Вокзал периодически подвергался жестоким налётам. Особенно сильно в мою память врезался случай бомбёжки составов с боеприпасами, которые предназначались Советской армии. Были такие мощные взрывы, что просто невозможно описать словами. Возле нашего дома был окоп, и по сигналу воздушной тревоги, который давал паровоз, мы всей семьёй бежали в укрытие. В один из таких налётов мы, дети, спустились в окоп, а мама была еще наверху, как вдруг что-то просвистело и упало возле нашего окопа. Мама начала быстро забрасывать снаряд землёй. Видимо, это была зажигательная бомба. Она не взорвалась, т.к. мама успела загасить огонь землёй. Тогда мы все очень испугались.

ПАМЯТЬ О ТОЙ ВОЙНЕ

Когда немцы разбомбили здание вокзала, то вся контора обосновалась на ул. Западная во дворе Малиновской, неподалёку от обводных путей. Была вырыта землянка, в которой при свете керосиновой лампы работала контора. Сюда же приходили кондукторы, составители вагонов с документацией. В такой сложной обстановке они работали до самого прихода немецко-фашистских захватчиков. Потом и эти обводные пути стали непригодны для эксплуатации, т.к. были подорваны при отходе нашими. По сей день, жители той улицы откапывают у себя в огородах искорёженные рельсы.

ДО И ПОСЛЕ

В июне перед оккупацией посёлка наша семья приняла решение временно уйти в хутор Долотинку к родственникам. Мама прихватила в дорогу вместе с документами мои наградные школьные листы и спрятала их под камни. Жалко, что после дождей они не сохранились. Не прошло и месяца, как фашисты были уже в Долотинке. Я помню, как они въехали в хутор на мотоциклах в достаточно большом количестве. Сразу же стали обходить дома и требовать продукты. У хозяйки, где мы жили, была корзина с яйцами, так немцы отобрали её и ушли. В этот день наша семья вернулась домой, в посёлок. На временное проживание к нам поселили двух молодых немцев - Ганца и Петера. После них жили еще и два лётчика. Нас они не обижали, появлялись только переночевать.

Хорошо помню эту дату – 13 февраля 1943 года, когда наши войска пошли в наступление. Вихрем прибежали наши постояльцы-фашисты, впопыхах похватали свои вещи и быстро убежали. За ними вбежали румыны и стали просить у моей мамы что-нибудь поесть. Похлебав суп, они также быстро покинули наш дом.

Когда советские войска прогнали врага из нашего посёлка, мой папа пошёл в посадку за дровами и пришёл со слезами на глазах. "Там одного нашего солдатика убили, лежит у посадки в снегу", - сообщил он. (Простите, не могу об этом равнодушно рассказывать, всё время плачу.)

Там его и похоронили...

После войны тоже было голодно. Началось восстановление посёлка, работала я и на чистке путей, и помогала в ремонте вокзала, и в "Заготзерно" грузила пшеницу в вагоны, полола кукурузные и пшеничные поля за килограмм соли. И это ещё считалось дорого.

В 18 лет я пошла, работать на железную дорогу и за 37 лет трудового стажа прошла путь от агента по сдаче вагонов до приёмосдатчика - кассира. Сейчас нахожусь на заслуженном отдыхе.

Источник «МУП Редакция Нашей Газеты»